Итак, в 1968 году я, Шура Петрикеев поступил в Красноярский политехнический. Будучи весёлым, пьющим и даже поющим под гитарку шалопаем, я как-то быстро скорешился с ребятишками из компании Бесы, которые преимущественно жили неподалёку в Николаевке. Командир у нас был Витя Баранчиков, ныне, как я слышал, покойный. Также тогда ходили на стоянку...

За разговорами пришел рассвет. А за коротким сном и долгое утро. Утро в избе кого хошь, даже мертвого пробудит, больно оно в ней свежее, чистое. Спозаранку кто-то из мужиков дрова рядом с избой колотит, потом печурку растопит. А там и съедобным запахло. А такие пироги, да в чужом желудке никого не обрадуют. Выполз Плохиш...

(Из моей записной книжки) — Расскажите нам о ваших милых зверушках. Что-нибудь самое-самое интересное. — А если я расскажу вам о вас, дорогие друзья? Все уверены, что совы днем ничего не видят. Спорят, когда доказываешь, что это не так. Почти никто не знает, что совы и мелкие соколки — полезные...

Чаще стал общаться с Валерой после того, как Олег мой в гору пошел. Проводы-встречи экспедиций, расспросы о планах и положении дел в альпинизме. И невозможно не проникнуться величайшим уважением. Легендарный спортсмен, феноменальные достижения — и скромность на грани застенчивости. Обычно отмалчивается. А если говорит, то тихим спокойным голосом. О себе всегда неохотно, о ребятах...