Яворский Александр Леопольдович

Шалаш около Музейного камня. На Акулькиной гриве

На снимке шалаш и около него группа работников Музея Красноярского края: Кудрявцев Андрей Васильевич /фотограф/, Соболев Александр Николаевич /геолог/, Тугаринова Вера Ивановна /жена Директора Музея/, Юдина Екатерина Леонидовна, Боровский Валентин Васильевич /Секретарь Геогр. О-ва и писатель/, Юдина Елена Леонидовна /машинистка/, Тугаринов Аркадий Яковлевич /директор музея/. Этот шалаш просуществовал не долго но он объединил музеян в их хождении на Столбы. Объединил в свою особую компанию. Начиная с 1920 года кое-кто из музейных работников, конечно, на Столбы хаживал, но вне коллектива. Так А.Н.Соболев любил останавливаться у западного подножья Четвертого Столба, где он отыскал небольшую площадку в виде низенького барьерчика и здесь он часто проводил угасавший день и любовался красотой заката. Как-то проходя мимо, я увидел его там, и он позвал меня полюбоваться с этой площадки на заход солнца. Действительно зрелище хорошее особенно когда солнце только что скрылось за горизонтом и еще освещает собою вершины Столбов, а внизу в провале больших ворот между Первым и Вторым Столбами уже начинает чувствоваться какой-то полумрак предвестник наступающих сумерек. Кудрявцев как и девицы Юдины тоже ходил но очень редко, тоже и Тугариновы. Словом, каждый ходил сам по себе. И вот по инициативе Соболева музеяне выбрали в глухом уголке тайги камешек лежащий поперек хребтика, носящего название Акулькиной гривы. Это было недалеко от Манской тропы. Стоило после Манского сворота, оставив столбовскую тропу, идти прямо и поднявшись из Водопойло пройти 5-10 минут свернуть на слабо заметную тропинку, вот тут уж недалеко и до Камешка. Этот Камешек и был прозван Музейным. Здесь и был сооружен ими шалаш, укрывавший их от дождя, только не от косого. Как и всякий шалаш это времянка, служившая до хорошего дождя. Видимо, музеяне не думали здесь задерживаться долго, тем более что от воды было далековато. В самом камне была небольшая ниша и можно бы ее разработать для стоянки но, видимо, из-за воды здесь ничего фундаментального не делалось.

К каким годам относится эта фотография это вопрос, который всё же можно решить подумавши. На снимке Тугариновы а их мы провожали в 1923 году, следовательно, это позже не могло и быть. На снимке Соболев, а в 1920 и 1921 годах он летами был в экспедициях, следовательно, это не раньше 1921 года. Так оно и есть это было в 1922 году.

После проводин Директора Тугаринова его место занял Соболев и к Столбам ходил не так часто, по крайней мере, в первое время. Шалаш постепенно разрушался, и в нем делали свои остановки ягодники и охотники.

Бывали музеяне и у нас в Нелидовке и, конечно, мысленно переносились к себе на гриву. А место их было совсем не плохое, не хватало там только удобного жилища. И эта мысль крепко запала в их головы. Тем более как потом выяснилось, место для своей новой стоянки они нашли и не далеко от их шалаша, где вскоре и построились.

А.Яворский

ГАКК, ф.2120, оп.1., д.6

Author →
Owner →
Offered →
Collection →
Яворский Александр Леопольдович
Государственный архив Красноярского края
Государственный архив Красноярского края
А.Л.Яворский. Материалы в Государственном архиве Красноярского края

Другие записи

Путешествие позаповеднику "Столбы". Вниз, к турбазе!
Позади восемь километров пути, впереди осталось чуть более шести. Теперь нам предстоит передвигаться по дороге, по которой иногда ездят автомобили. Редко, но все же ездят. Гора, по которой нам предстоит спускаться, справедливо называется «Пыхтун». Правда, пыхтеть нам вряд ли придется: мы ведь...
Купола свободы. 12. Четыре дня спустя (перевод семьи Хвостенко)
ЧЕТЫРЕ ДНЯ СПУСТЯ, когда Бритни, Бёчам и Олег уже начали спускаться, я в последний раз задержался на вершине Первого столба. Вокруг меня тусовалось ещё человек десять. Позади дымил Красноярск, Енисей катил свои воды мимо одинаковых, скучных многоэтажек. В другой стороне, в двух часах ходьбы притаились Дикие...
Ручные дикари. Шурик
Его принесли в маленькой плетеной корзинке. Лапки у него парализованы, почти совсем не действуют, сидит «на кулачках». Полхвоста кошка выдрала, крылышки все пообтрепаны, а глазенки — живые, веселые, даже чуточку озорные. — Каа... ка-аа! Тшурик! — представился он мне, приветливо...
Сказания о Столбах и столбистах. Почти как в Чикаго
Сырой холодной осенью 1982 г. мы с другом зашли в избу «Изюбри». Народа в избе было немного. Кто-то играл на гитаре, кто-то пораньше лег на нары, кто-то управлялся по хозяйству. На столе горит свеча. За столом сидит незнакомый молодой парень. За столом больше никого. Перед ним открытая бутылка водки. Он наливает немного в стакан....
Feedback