Я, Петрикеев Александр Гаврилович, кличка Шура Балаганов, на Столбах в компании «Бесы» в 1968-1978 годах. Девятого февраля 2018 года приехал в Красноярск из Анапы, в которой прожил к тому времени уже около шести лет. Причина приезда нерадостная, но крайне важная, по крайней мере, для меня. Сорок лет назад, 11 февраля 1978 года, трагически погибли наши друзья «Бесы», сгорев в избе «Тихая»-новая («Чум»-старая) в районе Калтата за Китайкой. Избу строили наши ребята, отпочковавшиеся от компании на Столбах из-за тяги к альпинистским восхождениям, с их безусловным командиром Витей Ивановым, который тогда выбрался из сгоревшей избы, но трагически погиб на работе, попав под бетонную плиту. И Витя, и другие ребята, преимущественно монтажники-высотники и спасатели, все крепкие и здоровые мужики. Я с женой посещал только один раз ту избу и поразился, как классно из толстенных брёвен она сделана. Казалось, простоит вечно, но Судьба распорядилась по-другому. Как я слышал, загорелась она из-за трубы, которую не доделали как надо сразу и как обычно оставили на потом.

В нашей общей истории я хочу рассказать, как мы натапливали нашу избушку, в которую «Бесы» ходили зимой. Мы к ней шли на лыжах и довольно долго от платформы электрички ст. Кача. Я пишу о ней лишь только потому, что в ней я познакомился с женой Ириной, которая, увидев меня поющего с гитарой на крыше избы, видимо обалдела, и я думаю от любви до сих пор не может одуматься. Есть правда и другие мнения.
Я хочу сказать лишь то, что в сильные холода мы натапливали эту охотничью избу так, что начинала тлеть крыша около трубы. Труба раскалялась докрасна и становилось так жарко, что мы раздевались чуть ли не до трусов. А утром всё быстро выстывало, и мы натягивали теплую одежду на себя. Изба охотничья, построена правильно и поэтому жива до сих пор. В поездках на автомобиле на первую дачу на пл. Водораздел обнаружил, что наша изба стояла почти рядом с дорогой, а зимой раньше мы к ней шли достаточно долго на лыжах.

Я около избы

Я это пишу не о том, что все мы в молодости чудили, да продолжаем иногда и сейчас, главное не перейти нехорошую, непоправимую грань.

На эту жуткую для нас тему я хочу привести два своих стиха.
Посвящается друзьям-столбистам из компании «Бесы»: Валере Привалихину — Штюрману, Володе Торгашину — Моньке, Саше Дубина — КэЗэ, Жеке Верхотурову — Джону, погибшим в избе на Калтате. И Вите Иванову, выбравшемуся из огня, но трагически погибшему на работе.

Друзьям
Чем старше становимся мы, тем пронзительней боль
За тех, кого нет среди нас на столбистском застолье
Их отнял у нас бессердечный, коварный огонь
Но души навечно остались в бескрайнем раздолье
Мы в памяти их имена и сегодня несём
Пусть странно, быть может, они прозвучат для кого-то
Джон, Монька и Штюрман, КэЗэ с Ивановым Витьком
Из жизни ушли и в их семьях остались сироты
И где-то среди заповедной Калтатской глуши
Над общей могилой в торжественном строе застыли
Высокие пихты как символ бессмертья души
А были по пояс они, когда мы их садили
Ведь сколько ещё нам Судьбою отмерено дней
Конечно, с тобою мой друг мы и сами не знаем
Но помним всегда лица наших погибших друзей
И память о них на Столбах для детей сохраняем
А вспомни, как вместе когда-то встречали рассвет
Мы с ними на Деде, на Митре, на Перьях, на Первом
За нас этот старый священный столбистский завет
Пусть внуки исполнят в далёком три тысячи первом
Сегодня печали не место за нашим столом
Мы в память друзей свои лучшие песни пропели
А завтра мы дальше столбистской тропою пойдём
И сделаем то, что когда-то они не успели.
Декабрь 2004 года
Погибшим друзьям «Бесам»
Сорок лет прошло, не знаю это много или мало
С той поры как нас настиг Судьбы урок
Подлый, злой пожар — и четырёх друзей не стало
Что же ты не пожалел их наш милосердный Бог
Жизнь своё течение неспешно продолжает
И до сих пор не понял, зачем на свет явился я
Но с каждым годом вас всё больше не хватает
Старые Друзья
Мы вас, как всегда, помянем на Калтате
Не печалься и не грусти, Братан
За Столбы, за Бесов, за друзей, их нет сегодня с нами
Наливай стакан
Горечь на душе, печаль на сердце
И года уже открыли в старость дверь
Но дружеский союз наш нерушим для нас и дорог
Раньше и теперь.
Анапа-Красноярск февраль 2018 год

В настоящее время из активных Бесов, с которыми я бывал и на Калтате, и на Столбах, и в Бобровом логу на горных трассах, остались Саша Хакимов, Володя Минов, Володя Корнеев и Валера Бутылкин. Володя Минов, когда я приехал, обретался на отдыхе в тёплых странах, Володя Корнеев в больнице, Валера Бутылкин на работе. С остальными, которых я перечислю позже, я давно не виделся. Из-за того, что мы с Сашей Хакимовым друг друга не поняли при переписке в сети, на Калтат мы пошли 10-го февраля, а не 11-го. Пошли с ним и с братом Жекой, и его друзьями. Жека с подачи Любы Самсоновой проходит теперь на Столбах как Пегас, старый столбист и выпивоха, об этом я напишу позже. На Мемориале, как его теперь зовут те, кто приходят, как положено серьёзно выпили за Друзей, которых уже нет и за живущих. На следующий день Саша Хакимов, который 10-го был за рулём и, естественно, не пил, позвал меня на Бадалык, где собирались быть жена Вити Иванова Наташа, Валера Бутылкин и другие знакомые, но я этого не смог сделать, потому что переусердствовал ранее. Но всё равно меня порадовало, что после трёхлетнего перерыва я опять побывал на Калтате и с друзьями. Тем более, что после этого состоялись походы с братом на Столбы, в Бобровый Лог и прочие приятные встречи. Например, я первый раз за 66 лет побывал на Такмаке с братом и его друзьями, до этого как‑то не мог до него добраться с Центральных Столбов.

С Сашей Хакимовым идём к Пацанам.