Были заповедного леса. Люди и зверушки. Опасный зверь
(Из моей записной книжки)
— Расскажите нам о ваших милых зверушках.
Что-нибудь самое-самое интересное.
— А если я расскажу вам о вас, дорогие друзья?
Про Юльку-косулю — ласковое, милое существо — стандартный вопрос задают преимущественно девушки:
— А она не кусается?
О том, кто из зверушек чем питается, представления весьма туманные. С самым добрым намерением кидают Дикси (рысь) шоколадные конфеты и сахар, от которых она, пренебрежительно сморщив нос, отворачивается с глубочайшим презрением к человеческой необразованности.
Публикуется по книге
Е.А.Крутовская. Были заповедного леса
Красноярское книжное издательство,1990 г.
Материал предоставил В.И.Хвостенко
Author →
Owner →
Offered →
Collection →
Owner →
Offered →
Collection →
Крутовская Елена Александровна
Хвостенко Валерий Иванович
Хвостенко Валерий Иванович
Е.А.Крутовская. Были заповедного леса
Хвостенко Валерий Иванович
Хвостенко Валерий Иванович
Е.А.Крутовская. Были заповедного леса
Другие записи
Рисунки (пейзажи) А.Л.Яворского (кар. цвет.) 1953 г.
А.Яворский ГАКК, ф.2120, оп.1., д.114
Красноярская мадонна. Второй Столб. Ход Сарачевка
( Эта глава написана совместно с Юлией БУРМАК ) Ход Сарачевка не требует атлетических данных и относится к столбовским маршрутам 6 категорий сложности. Путешествия по Сарачевке рекомендуются как курортно-санаторное лечение городских неврозов. Главное — отправляясь в путь, не забыть красавицу гитару...
Были заповедного леса. У нас собаки. Анчар
Большой, как телок, белый в желтых пятнах пес. Некрасив, но есть в нем какой-то шарм, какое-то аристо­кратическое достоинство и благородство, что-то в нем от Пьера Безухова, как я его себе представляю. Отец — ирландский сеттер, мать — русская гончая. В сыне — нелепое сочетание признаков обеих пород. Детство и юность были ужасны....
По горам и лесам. Глава III. Снова мустанги. — Последнее поселение бледнолицых. — Искусство владеть оружием. По безводной местности. — Жажда.
Я лежал, не решаясь пошевельнуться, но нестерпимая боль в виске заставила меня открыть глаза. Первое, на чем остановился мой взгляд, было столь неожиданно, что я, забыв все недуги, радостно вскочил на ноги. — Санька! ты?! Ты жив? — Здесь нет никакого Саньки, — строго прозвучало в ответ. — Ну, Змеиный Зуб... разве тебя...