Крутовская Елена Александровна

Были заповедного леса. Люди и зверушки. На всех не угодишь

(Из моей записной книжки)

— Расскажите нам о ваших милых зверушках.
Что-нибудь самое-самое интересное.
— А если я расскажу вам о вас, дорогие друзья?

В одной вольере с рысью живет Воробей — серая дворняжка. Ее единственное предназначение — развлекать нашу «звезду». Реакция на присутствие в Диксиной вольере Воробья самая различная. Школьники старших классов (в этом возрасте обычен скепсис):

— Ха! Посадили в клетку собаку и выдают за рысь!

Пожилой солидный гражданин, вероятно, бухгалтер или что-нибудь вроде:

— А зачем это собаку посадили с рысью? Непорядок.

Студенты (особенно ленинградцы):

— Вот здорово! Собака с рысью! Замечательно! Как вы этого добились?

Девушка с невинными голубыми глазами (спокойная констатация факта):

— Вы посадили к ней собаку, чтобы она ее съела?

Публикуется по книге
Е.А.Крутовская. Были заповедного леса
Красноярское книжное издательство,1990 г.

Материал предоставил В.И.Хвостенко

Author →
Owner →
Offered →
Collection →
Крутовская Елена Александровна
Хвостенко Валерий Иванович
Хвостенко Валерий Иванович
Е.А.Крутовская. Были заповедного леса

Другие записи

Байки от столбистов - III. Алтайские хроники времен нашей юности. Как тесен мир...
Два года спустя я снова ехал на Алтай, только на этот раз уже не в такой развеселой компании, а лишь вдвоем с Володей Кейдуном. Мы немного опоздали, с базы Актру уходила в лагерь последняя машина, свободных мест в которой не было. Я вынул из рюкзака «Рябиновое игристое» местного производства, хлопнул пробкой, и вино выплеснулось пеной...
Сказания о Столбах и столбистах. Приют деда Николая
В мае I960 года нам было по 16-17 лет, когда мы впервые пришли на Столбы коллективом, что стали называть компанией «Грифы». На первую ночевку тогда принял нас длинный барак в «Нарыме». Он был из двух половин. Справа был отсек для более чистой публики, там стояли кровати с постелями, слева комната...
По горам и лесам. Глава IV. Вода. — Первый стан. Вверх по речке. — Неприятель.
Солнце палило беспощадно; дорожный песок, раскаленный полуденным зноем, даже сквозь обувь обжигал ноги; в горле у меня пересохло до того, что начало першить, а присоединившаяся к этому боль в голове позывала к тошноте. "Проклятые Столбы, провалиться б вам в тартарары!«— думал я и готов был свалиться под первым тенистым кустом; но сознание...
Feedback