Хвостенко Валерий Иванович

Байки. Тепло человеческих встреч

Согреть до температуры плавления сердца. 12.09.13. (Запись в дневнике).

Соревнования связок затянулись. Штабная палатка стояла у Слоника. Я, секретарь, дожидался последних участников. Темнело и холодало. Какая-то девушка маялась неподалёку и очевидно замерзала. Я, человек опытный, одет тепло. Движимый состраданием, подошёл к ней, сказал «согрею» и без церемоний крепко обнял. Она не возражала. Мы молчали. Я чувствовал, как бьётся её сердце. Через некоторое время она сказала: «Большой и тёплый». Это меня сразило. Редко встретишь девушку, знающую слова.
В общении люди обмениваются сигналами. Сеанс связи продолжается, пока сигналы правильные. Обрыв может произойти внезапно, от одной ошибки. Нам повезло, мы были точны.
Девушка рассказала анекдот. Человек просит у джинна: «Хочу, чтобы у меня всё было!» «У тебя всё было!» — отвечает джинн. Зачёт!
Мы говорили о звёздах, которые любим. И о многом. Потом спустилась с маршрута её подруга. Расстались сожалея.

С тех пор у нас традиция: крепко обниматься при встрече. А случается это два-три раза в год, на Столбах.
Последний раз позавчера, на финале трэда.
Ау!

21.06.2016.

Author →
Owner →
Offered →
Collection →
Хвостенко Валерий Иванович
Хвостенко Валерий Иванович
Хвостенко Валерий Иванович
Хвостенко В.И. Байки

Другие записи

О новой книге Седого.
Вышла книга стихов поэта Анатолия Ферапонтова. История ее возникновения слегка приоткрыта в предисловии от составителя . Мы знаем Седого, как автора превосходных столбовских баек и рассказов из жизни альпинистов . В новой книге он предстает перед нами, как серьезный поэт. Это совсем другой, неожиданный Ферапонтов. В книге от силы десяток...
Тринадцатый кордон. Глава десятая
Стояли знойные дни первой половины июля. На кордоне тринадцатом, в Кандалаке, все шло своим чередом. Юрий Юрьевич проводил дни на реке, я почти ежедневно ходил в тайгу, Инна Алексеевна занималась в кабарожнике. Фрося работала на своем огороде, занималась рыбалкой и пчелами, готовила нам, квартирантам, еду, стирала и гладила, ухаживала...
По горам и лесам. Глава IV. Вода. — Первый стан. Вверх по речке. — Неприятель.
Солнце палило беспощадно; дорожный песок, раскаленный полуденным зноем, даже сквозь обувь обжигал ноги; в горле у меня пересохло до того, что начало першить, а присоединившаяся к этому боль в голове позывала к тошноте. "Проклятые Столбы, провалиться б вам в тартарары!«— думал я и готов был свалиться под первым тенистым кустом; но сознание...
Столбы. Поэма. Часть 20. Львиные ворота
Гиганты порталы времен Тамерлана Века пережив нерушимо стоят, Ревнивые дюны песков Туркестана Стиль мавров искусных поныне хранят. И нежится в небе глубоком и синем Чудесная зелень немых арабеск, И тихая голубь в законченных линиях Пред синью небесной стушила свой блеск. Никто не входил в эти мертвые двери...
Feedback