Хвостенко Валерий Иванович

Байки. Искры в ночи

Рождество я встретил в Старой Беркуте. Боря Струнин, Боря Абрамов, Нина Теплых, Валя Пономарева . В избушке уютно, чисто и тепло. Девушки поют на два голоса. Душевно. Прозвучала баякинская «З аблудились в отрогах великаны Столбы ». И вдруг одна строчка, которая раньше шла мимоходом, меня зацепила. Возник образ из прошлого. Ночь, зима, тайга, тишина и одиночество. Я смотрю на трубу, из которой непрерывно вылетают искры. Может быть, это зимний поход, я вышел из палатки по нужде — и остановился завороженный? А может быть это ночь на Столбах и труба над избушкой? Не помню. Но отчетливо встал в памяти тот нескончаемый светящийся поток: не искорки-точки, а маленькие огненные змейки. Они летят в рое себе подобных, извиваясь и торопясь. Но недолго. Гаснут и сменяются новыми, оставляя тающий след.

А слова песни такие.

Промелькнет как виденье, оставляя свой след,
Жизнь — одно лишь мгновенье в бесконечности лет.

29.01.06

Author →
Owner →
Offered →
Collection →
Хвостенко Валерий Иванович
Хвостенко Валерий Иванович
Хвостенко Валерий Иванович
Хвостенко В.И. Байки

Другие записи

Петухи
Наконец-то весна на полный ход, как всегда долгожданная и обнадеживающая. Какая радость! Дышится как-то по-особому, по-весеннему. Так и кажется вдохнул бы в себя в несколько раз больше обычного этого живительного воздуха и наверное все равно было бы мало. Не надышишься. Пьянеешь от радости бытия и невольно взгрустнется. О чем? О молодом, ушедшем безвозвратно....
"Птица" или "Подлунный"?
Наступило лето и снова тянет меня в Ергаки. В памяти возникают картины вековой тайги и величественных скал, бурных ручьев и цветущих полян. О том, как безымянный пик высотой 2265 м. стал называться Звездным , я писал. Сегодня мои воспоминания коснутся его западного соседа — гордого, островерхого пика высотой 2235 м....
Байки от столбистов - III. Байки от Анатолия Ильина. Предновогодняя слеза комсомольца
Дело было аккурат под новый, 1982 год, а угораздило меня тогда работать в ленинском комсомоле. Что ж, работа не хуже иных прочих, только начальником моим был розовощекий и оптимистичный мерзавец по имени Володя, секретарь горкома, — шибко любил свою персону, не стеснялся при юных комсомолках лаяться матом, вот это...
Feedback