Народное творчество

Песнь про Аксу

Что так сердце, что так сердце растревожено,
Словно ветром тронуло струну.
Об Аксу немало песен сложено,
Я спою тебе, спою еще одну.                                  2 РАЗА

Собирались как-то мы на восхождение
В дальней той Киргизской стороне.
Это было общее решение —
Лезть зимой по северной стене.                           2 РАЗА

Ничего в нас сверхкрутого нету, вроде бы,
Шесть простых геройских человек:
Игореха, Жека, Борька Родиков,
А также Вовка, Деник и Олег.                               2 РАЗА

Нам Балезин верный путь указывал,
Комиссаров Леха помогал.
Мы поставили в ущелье лагерь базовый,
И момент решающий настал.                               2 РАЗА

Взяли в руки инструменты мы ледовые
И полезли прямо по скале.
Было трудно, были станции херовые,
Рюкзаки тянули нас к земле.                               2 РАЗА

Девять дней бодали гору мы строптивую,
И она прошлась по нам катком.
И стояли на вершине мы счастливые,
Каждый думал о прошедшем, о былом.
И стояли на вершине мы сопливые,
Каждый думал: Надо вниз валить бегом!

И вот теперь сидим поем про это песенку,
Пиво пьем и все нам похеру’.
Может быть, еще куда-нибудь залезем мы,
На какую-либо страшную гору’.
Вот допьем и лучше в баньку переедем мы,
Поменять пора нам холод на жару.

Author →
Owner →
Offered →
Народное творчество
Хвостенко Олег Валерьевич
Хвостенко Олег Валерьевич

Другие записи

Байки от столбистов - III. Послесловие
Середина октября, удивительно солнечно, тепло и безмятежно. Лес стал заметно прозрачнее, но деревья еще не обнажились и стоят в прощальном осеннем разноцветии. Мы с другом и десятилетней дочерью в блаженном покое сидим на любимой полянке: день будний, толпы туриков нам не мешают, лишь два мальчонки резвятся, то и дело взбираясь на Слоник и съезжая по катушке...
Ручные дикари. Карыш
Оказывается, птицы, как и люди, вовсе не родятся с умением говорить на своем языке. Они приобретают это умение с возрастом. Карыш был весь черный — от перьев до кончика клюва. Это на западе вороны серые. Наши сибирские вороны черны, как нечистая совесть. — У него, наверное, и душа черная, — предполагали мои друзья,...
Столбы. Поэма. Часть 23. Напёрстки
В хребте немом над редким склоном Что Бабский слушает Калтат, На лесном привольном лоне Два камня странные стоят. Их снизу даже и не видно: Так их закрыл собой хребёт. Но в высоте своей завидной Они не лишены красот. Ну, словом, проще: камни эти Прекрасны, как и все кругом, И по одной своей...
От Зверобоя Обеднину Константину
Магнит приключений Стал прямо-таки ощущать сокращение жизни. Во времени, в пространстве, да, пожалуй, и во всех других измерениях. Как точно подметил Есенин, даже в желаньях становишься скупее. Но наиболее болезненно воспринимается сужение круга друзей и близких. Из периода дней рождения и свадеб плавно перетекаешь в период юбилеев, а затем поминок. Прямо...
Feedback