Ферапонтов Анатолий Николаевич

Восходители. Руководитель

Ферапонтов Анатолий Николаевич

Уж без кого точно не могла состояться эта экспедиция — без Сергея Баякина. Дело не только в том, что это он сумел убедить в ценности грядущей победы руководство края и сумел аккумулировать немалые средства. Важно другое: во-первых, именно Баякин создавал, пестовал и поднимал к вершинам эту команду; во-вторых, и прекратив собственные восхождения, он сохранил в команде тот авторитет, который принято называть непререкаемым.

И еще: не будь гималайской экспедиции, не было бы и весомых оснований для появления этой книги. А потому Сергей Баякин и есть наш главный герой. Я размышлял, писать ли эту главу в виде очерка, монолога или интервью; ни то, ни другое ни третье не получалось, а вышло нечто среднее:

«Духовным стержнем, Богом нашей команды стали Столбы, где все мы объединились, научились мужской дружбе и добрым бойцовским качествам. Мы как бы пропитались тем особым духом, который всегда витал над Столбами, да и сейчас он никуда не делся, он сохранился в нас. Ей-ей, у нас были славные учителя: старые столбисты и альпинисты, умевшие и победить, и под гитару спеть и, если нужно, честь свою кулаками отстоять.

Так уж по жизни повелось: я всегда играл лидера, с самого детства; удавалось находить нестандартные решения, которые и самого порой удивляли. Равно в столбистской компании, в студенчестве, даже в колхозе мог убедить пьяных доярок, чтобы они раздали телятам люцерну. И когда настала пора формировать классную команду...

А. Ф.: Подожди, Сергей, про команду. Вспомни свой приход в альпинизм.

С. Б.: Как не помнить! Я много ходил на Столбы, в пещеры, и вдруг...

А. Ф.: Так уж и вдруг?

С. Б.: Да, я и впрямь не ожидал: позвали меня на зимнюю альпиниаду в Саяны, на Мунгун-Тайгу. То есть, до того я, конечно, много читал и слышал об альпинизме,— да что там! — сколько их, живых героев, ходило рядом, на Столбах, но чтобы сам...

О, Мунгун-Тайга! Мне после никогда, даже на пике Ленина не было так тяжело. На каждый шаг я делал четыре вдоха, и это — низшая, первая категория трудности! Правда, февраль, 30 мороза и чуть не 30 — ветер, а восхождение длилось 18 часов. До вершины нас добралось лишь пятеро-шестеро. А поскольку я был в триконях, один из немногих, вниз шел последним, держа остальных на веревке, как связку сосисок. Мне не было еще и восемнадцати.

А. Ф.: Да, первая гора помнится с фотографической точностью, до нюансов. Давай, пропустим, пожалуй, несколько лет становления, тут как у всех: разрядник, КМС, но ты ведь был самым молодым в СССР мастером?

С. Б.: Чем, кстати, горжусь: 1979 год, и мне 27 лет. Тогда команда Беззубкина стала как-то «проседать», Спартак все реже выезжал на сборы, Буревестник никак не мог сформироваться, и я понял: что-то нужно делать, новую команду нужно делать. А тут и норматив мастерский изменился, ввели систему баллов, и только парни, готовые лезть километр в день по вертикали, могли настоящими мастерами стать. Я сел за анализ: горные районы, вершины, люди. Получалось, что за два года мы могли сделать мастерами десять человек. Скромный расчет получился: за два года мы сделали пятнадцать, а год спустя еще десять мастеров спорта, да и про подпорку, резерв, про разрядников не забывали. Тем и сладок нынешний плод, что с трудом большим достался.

Уже в 1982 году мы заявили на чемпионат Союза сумасшедшую стену Саук-Джайляу.

А. Ф.: Об этом ребята мне в подробностях рассказывали, да и последующий путь команды примерно очерчен.

С. Б.: Но вот про столичные интриги нельзя не рассказать. К примеру, 1985 год, когда в ледовом классе чемпионата страны, в котором Красноярск традиционно считался слабым, мы публику эту изрядно удивили. Мы сделали свое снаряжение, ледовые крючья красноярского производства ввинчивались вдвое быстрее; провели специальный сбор, где разработали оригинальную тактику восхождения.

В «школе» мы командам-соперницам давали двойной отрыв! И в чемпионате прошли трехкилометровую стену Безинги, где два с половиной километра чистого льда, а остальное — крутая скала. За один день.

Спустившись вниз, мы и не сомневались: золото наше. Однако тут приходит информация о том, что несколькими днями раньше другая красноярская команда победила в скальном классе. Так судейская коллегия, посовещавшись, решила: нельзя так баловать красноярцев, присуждать золото сразу в двух разных классах. И засудили на какие-то сотые балла, чего-то там придумали. Но то была пора расцвета молодой команды, со светлой грустью сейчас вспоминаем«.

...Год спустя Сергей Баякин в Бобровом логу занимался своим вторым любимым делом, катался на горных лыжах. Дул сильный боковой ветер, к тому же снегом залепило очки: Сергей после прыжка приземлился в твердый снежный бугор на прямые ноги. Травма была тяжелой: коммпрессионный перелом позвоночника, да и далеко не сразу поставили верный диагноз, и не врач поставил, а массажист перед выездом в горы. Ну, какие тогда горы... Две недели Сергей лежал дома с привязанными к ногам гирями; отлежавшись, сел за руль, но тут стали отниматься ноги.

От операции Сергей отказался; правильно, наверное, сделал — нашелся человек с умелыми руками, который вправил ему смещенный позвонок. Однако и от участия в экспедициях пришлось отказаться — во цвете альпинистских лет! Он мог бы, конечно, еще ходить, но вовсе не на уровне лучших своих парней, а стало быть — в обузу. Зато осталась возможность всячески команде помогать, причем со временем эта возможность становилась все реальнее: Баякин, верный собственной натуре, пошел в гору как организатор и общественный деятель.

А. Ф.: Пропустим еще десяток лет. Вот вопрос, занимавший меня с самого начала: каково это было, взвалить на себя такую едва посильную ответственность, дать добро на супермаршрут, на первопрохождение с огромной степенью риска? Ладно, кто-то в Саянах погиб, никто и не заметит. Но — Эверест-96, ажиотаж, всеобщее внимание,— не приведи Господь, случись несчастье, тебе все шишки, на тебя всех собак и дурную славу авантюриста — думал ты об этом?

С. Б.: Сумасшедшее напряжение, согласен. Хотя, замечу, сумасшедшие первопрохождения нам делать не впервой. Наши маршруты на Катыне и Ягнобе по сей день никем не пройдены. Мы ведь научились сводить к минимуму большинство рисковых ситуаций и делать то, что задумали.

А. Ф.: Но ты ведь сам уже десять лет после травмы не ходишь в большие горы, не видел ребят в деле. Что, до такой степени доверяешь капитану Захарову? А ведь в команде были и противники нового маршрута, которые утверждали, что «классика» — гарантия успеха, к ней готовы все, вплоть до врача-второразрядника Майорова.

С. Б.: Доверял и доверяю, и не только Захарову с Антипиным, но и всей команде. Вот и скептикам тоже, поскольку знаю: когда будет сложный выбор не в пользу их мнения, они пойдут и не спасуют. Пусть и ломая себя. Весь год я был с командой и не тренировках, и на совещаниях в офисе; я почувствовал ауру команды, дух победителей. При этом, что крайне важно для принятия решений, видел, что и они верят мне.

А после еще и поднялся с парнями в лагерь на 6 200, смотрел, как они идут, как меж собой общаются, и понял, что не будет у них взаимных недоразумений ни в палатке, ни на стене, не будет излишних амбиций и разных там подергушек.

Хотя и был, как не быть,— мандраж в последние три дня, когда в Красноярске узнал по спутниковому телефону о том, что парни пошли на штурм. Связь прервалась на два дня, а я на любом стуле как на иголках сижу.

У меня тут была задача обеспечения безопасности. В Непале договорился с русскими вертолетчиками: парни, если что — вылетайте сразу, по прилету все оплачу. В Красноярске я готов был в любой день обеспечить транспортный рейс в Катманду. Бог миловал, ничто не понадобилось.

...Кажется, и хватит о Баякине, да только ведь нельзя не сказать о том, что Сергей еще и ученый, заместитель председателя президиума Красноярского научного центра, автор целого ряда разработок и изобретений. Счастлив тот, кто не закопал, не растерял или не пропил свой талант.

Author →
Owner →
Offered →
Collection →
Ферапонтов Анатолий Николаевич
Ферапонтов Анатолий Николаевич
Ферапонтов Анатолий Николаевич
Ферапонтов А.Н. Восходители

Другие записи

Байки от столбистов - III. Байки от Анатолия Шалыгина. Чайная на Коммунаре
[caption id="attachment_27257" align="alignnone" width="237"] Соколенко Вильям Александрович[/caption] Вообще-то чай из самовара удобнее пить в избушке, за столом. Однако столбисты всегда отличались веселой бравадой, и в этом выдумки им было не занимать. Дело в том, что на скалу Коммунар до недавнего времени вел единственный...
Ручные дикари. Ройка
Что может быть беззащитнее маленького оленёнка. Всё его спасение в рыженькой шкурке, усеянной белыми пятнышками, похожими на солнечные зайчики: ярким летним днём в чаще леса такая шкурка делает оленёнка почти невидимкой. Солнечные зайчики на траве, на листьях, светлые пятнышки на шкурке. Лежи неподвижно, притаясь, авось враг...
Байки от столбистов - III. Байки от Леонида Петренко. Столб номер Перья
[caption id="attachment_944" align="alignnone" width="214"] Перья. Фото из буклета. [/caption] Бытует мнение, что работа инструктора по туризму — некая забава: лесные лужайки, белочки, девочки: сладкая жизнь. Но это не так: служба гида трудна, хлопотлива и требует порой изощренной фантазии. Некогда в Красноярске...
Фаны. Сезон 1987
Флешбэк. Ненаписанная книга про всё и ни о чём. Часть первая. Едем на чемпионат. Грачева Алиса во время нашей недавней встречи на вечере альпинистов и скалолазов с милой женской непосредственностью сказала, что ждёт от меня книгу. Нет, не забытую вернуть книгу, а ни много ни мало, книгу, написанную мной. Дорогая Алиса Ферминовна, ну что бы...
Feedback