Ферапонтов Анатолий Николаевич

Байки от столбистов - III. Обделили

В тот злополучный понедельник добрая моя знакомая Мария Ивановна решилась пойти к зубному врачу. По-детски боясь любой боли, паникуя при мысли о бормашине и невыносимо ужасных зубодерных щипцах, она долго откладывала этот визит, но, проснувшись утром в понедельник, вдруг решилась. Эх, подумать бы ей еще денек! — но что уж случилось. то случилось.

В понедельник их лаборатория выкупала продовольственные заказы, был такой знаковый атрибут развитого социализма, и то далеко не все им пользовались; к великому счастью, мы о нем забыли.

Ничего особенного: по банке растворимого кофе, шпрот, паюсной икры и болгарского лечо, а также килограмм полукопченой колбасы. Всего-то навсего, да и без этого другие люди живут; следует учитывать, однако, психологию совка: прикосновенный к дефициту, он как бы возвышается в собственных глазах над чернью, которой недоступно даже болгарское лечо. У Марии Ивановны был еще и особый повод ждать этой пайки: женщина уже не первой молодости, она очень надеялась, что вот к ней придет, — ну, почти жених — Игорь, а она ему выставит на стол: Эк же она опростоволосилась!

Вспомнив вечером о невыкупленном заказе, Мария Ивановна вначале похолодела, а после стала себя успокаивать: ну, ничего страшного, завтра она все объяснит буфетчице, покажет ей справку от зубного врача, и та пожалеет ее: пусть во вторник, но привезет вожделенный набор из своего пищекомбината.

Каково же было несчастной женщине увидеть на следующий день в графе против своей фамилии крестик: заказ выкуплен? Тихая, неприметная лаборантка с неоконченным высшим, пятнадцатилетним непрерывным и несовершеннолетним разболтанным превратилась в фурию. Она с непостижимой мужскому уму железной логикой мгновенно выстроила версию коварства соседки по столу Риммы Сергеевны, молодой дуры, вечно пахнущей чем-то заграничным, бесстыдно болтающей в курилке о своих любовниках и вообще особы нестерпимой. Та, наверное, пришла вначале первой, выкупила заказ для себя, а затем, воспользовавшись отсутствием Марии Ивановны, сходила в буфет еще раз, назвавшись теперь уже ее фамилией. «Ах ты, сука, сука, сука:» — плакала несостоявшаяся невеста, бредя по коридору в лабораторию. Уже там с ней случилась первая в жизни настоящая — в общем-то и безмотивная — истерика с рыданиями, несвязными угрозами и валокордином.

Я знаю печальный финал этой истории. Мария Ивановна почти год пролежала на больничной койке с тяжелым инсультом и получила вторую группу инвалидности. Наверняка невинную Римму Сергеевну сугубо женский коллектив лаборатории затравил, провел через товарищеский суд и вынудил уволиться. А что было между событием пропажи заказа и событием инсульта, вообразите сами — я отказываюсь.

Author →
Owner →
Offered →
Collection →
Ферапонтов Анатолий Николаевич
Ферапонтов Анатолий Николаевич
Ферапонтов Анатолий Николаевич
Ферапонтов А.Н. Байки III

Другие записи

О новой книге Седого.
Вышла книга стихов поэта Анатолия Ферапонтова. История ее возникновения слегка приоткрыта в предисловии от составителя . Мы знаем Седого, как автора превосходных столбовских баек и рассказов из жизни альпинистов . В новой книге он предстает перед нами, как серьезный поэт. Это совсем другой, неожиданный Ферапонтов. В книге от силы десяток...
Столбистские истории. Стоматология на Столбах
Днём мне выдернули сразу два зуба, а вечером я замотался шарфом и пошёл на Столбы. Пришёл в избу «Вигвам», обитатели которой издалека решили, что я иду в противогазе. Когда же я приблизился, они догадались сразу, что у меня болят зубы,...
Как мы судили
Благодарю судьбу за то, что с 1945 г. живу в Красноярске, а с 1950 г. связан со «Столбами». В эти годы на скалах заповедника начиналось спортивное скалолазание. Если были соревнования, значит, были и люди, которые обеспечивали их проведение и судейство....
Красноярская мадонна. Пирамида Красноярска - Первый Столб. Север
Монолитные отвесы северных стен главной вершины и Сокола не богаты маршрутами, а популярных там и вовсе нет. Маршрут N 50 — лаз Мокрая Лошадь Лаз проходит по самому центру северной стены основного массива, по устремленному к главной вершине самому длинному на Столбах узкому шкуродеру. Мрачная, вечно...
Feedback