Вы не пробовали рассказать бетховенскую сонату или картину Андрея Поздеева? Скучное это, наверное, и бесполезное дело. Оттого и я не надеюсь, что у меня получится рассказать о том, как на моих глазах распускался изумительной красоты и изящества бутон Перьев, нерукотворный Каменный цветок.

А началось все просто: я пришел вечером к Бурмате, застал у него в гостях знаменитого клоуна Юру Червоткина, — это был еще его первый приезд в Красноярск; я так и не понял, каким образом он попал к Володе, но они собирались после пьянки на Столбы, и я, конечно же, собрался с ними. Пошла с нами и Галя, володина супруга; о том, как турбазовские гаишники нам просто за так дали стакан, — рассказывать не буду: последний автобус, там начинается самый-самый сенокос, а тут вдруг к ним подходит всамделишный клоун и говорит так запросто: «Дайте, парни, стакан, мне с вашими земляками выпить не из чего». Дальше фантазируйте сами.

Мы добрели вчетвером до Нелидовки; теплая ночь, никто никуда не спешит, только мне нужно идти транзитом на Китайку, где стояли лагерем мои спортсмены. Юра нас смешил по пути, Галя была какой-то чуть озабоченной, — не знаю уж чем: куда надежнее компания! Бурмата травил свои байки, — ох, как тебя, Володя, не хватает! — а я просто поддерживал компанию, — как мог и чем мог.

Дошли до избы перед рассветом, и еще немного выпили, и друзья мои стали располагаться на поздний ночлег, а мне еще предстояло бежать километров эдак: ну, прикиньте сами: от Нелидовки до Китайки. И я пошел:

К стыду своему, господа столбисты, я не знаю, как называется первая же от Столбов видовка, и вы можете меня в этом упрекнуть, а я лишь спокойно и покорно склоню перед этим упреком голову. На эту видовку я и взобрался, чтобы оглянуться в восторге своем полупьяном на то, что только покинул.

Увидел я перед собой скалу Перья, но — всю еще затененную по ее щелям-каминам: солнышко-то едва выглянуло на востоке. Сижу, любуюсь, сам от счастья расцветаю, а скала тем временем превращается из бутона в цветок! — солнышко-то перемещается, тени исчезают:

После я брел Откликными, прошел слева от Воробышков, продираясь сквозь заросли иван-чая; придя в свой лагерь, поклялся на следующей неделе всю компанию сводить на то же волшебное место и в то же самое время. И сводил: Солнышко послушно так встало, но ничего не расцветило. Так и должно было произойти: оно ведь каждый день встает под разным углом.

Но — господа столбисты! Есть такой день, летний, теплый и — не для всех. Желаете увидеть волшебный расцвет Перьев — ловите удачу. Я случайно поймал ее единожды — и счастлив воспоминаниями.