Начало декабря, понедельник. Время около 11 ч. ночи. На улице 30° мороза, а мы сидим и смотрим телевизор. Прибегает друг Саня и говорит, что его Людмила вчера не вернулась с Мининских Столбов. Он ходил с сыном Серёгой искать её днём, но не нашёл. Значит, надо искать. К часу ночи собрана поисковая группа — 3 парня и Татьяна. Утром едем на электричке до Караульной, и к 12 ч. дня подходим к Мининским Столбам. Я там впервые, но всё интересно...

Под Столбом — кострище, от него идут 2 лыжни. Одна чуть в горку, потом уходит по склону вниз на Караульную; около 12 км. Другая делает круг на 1,5-2 км и возвращается к костру. От неё отходит лыжня в лог, к речке Лиственке. Только двинулись по ней, как выяснилось, что один из нас забыл рюкзак у костра. Время 2 ч. дня. Предлагаю двоим парням вернуться к костру и подождать нас с Татьяной до 4 часов, а потом идти на электричку. Мы пройдём ещё с полчаса, а потом, если ничего не найдём, вернёмся. И пошли мы на спуск в лог. В начале спуска увидели на кустике кольцо от лыжной палки. В конце спуска у Лиственки — жестяную мыльницу. Открыли — там аптечка. Поняли мы, что идём по следу Людмилы и рванули вниз по речке. Около 3 ч. дня вышли к Енисею. В то время на берегу было около десятка дач. Возле одной дачи стоит Людмила. У нас отлегло с души — живая. А по пути мелькала мысль: вдруг наткнёмся на заледенелый трупик в снегу, и что тогда? Оказалось, что она пошла в одиночку (все уходили от костра по одному) не по той лыжне, потом вернулась, никого не застала и двинулась опять не по той лыжне, которая на станцию. Шла до утра, пока не вышла к дачам. Мороз к ночи усилился с −5° до −30°, поэтому у неё были поморожены руки и ноги. Растопила она в даче печку, нагрела воды и опустила туда ноги. Растереть она их не могла, т.к. начинались судороги, когда пыталась дотянуться руками до ног... Мы тут же дали ей внутрь немного спирта, подтопили печку, и я пошёл вниз по Енисею за подмогой. Дошёл до учительских дач, нашёл сторожа и попросил у него лодку, чтоб переплыть в Овсянку к Дивногорской электричке. Лодку он не дал: незадолго до этого утонули 3 наших знакомых. Плыли на тот берег, был такой же мороз и туман — видно, налетели на бревно... Подсказал он, что недалеко сейчас находятся ребята с грузовиком; они могут подбросить нас в город. Нашёл ребят; у них был ГАЗ-66. Доехали мы до дач, забрали Людмилу с Татьяной, усадили их в кабину, а я лёг на какие-то тряпки в кузове и заснул. Проснулся, когда уже подъезжали к дому. Дома у Саши — полно народу: заводское начальство (они с Людмилой работали на заводе телевизоров), спортсмены-лыжники и другие. Наутро должны были на поиски выйти лыжники-спортсмены, рота солдат, а Саня на вертолёте должен был осматривать район с воздуха. А тут появились мы, и всем был дан отбой.

Повели мы Людмилу в больницу, а её там не берут — говорят, бичиха пьяная. Пришлось всей толпой убеждать врачей, что она не бичиха, а инженер. Когда положили её на операцию, хотели отрезать ступни ног, но она не дала. Поэтому немного срезали пальцы на ногах и руках; почистили, тем и обошлось. Правда, с завода она ушла и стала работать в детском туризме. Там и работает до сих пор.