По снежно-ледовому озеру Байкал продолжает шагать красноярский путешественник-экстремал, участник экспедиционной программы «Полярный экстремум» Валерий Коханов
Валерий Коханов

Первый день пути с ним прошел фотокор «Красноярского рабочего» Александр Кузнецов. Свои впечатления он предлагает читателям.

К первоначальной точке трансбайкальского перехода из Красноярска мы с Валерием отправились 9 марта. Загрузив в вагон № 3 поезда Новосибирск — Нерюнгри баулы, лыжи, санки и заняв при этом пять мест, мы порадовались, что путешествие наконец-то началось. Нас провожали жены с детьми. Самое сложное всех экспедиций — это выехать из дома, а потом все будет нормально.

В полдень следующего дня в Слюдянке Валерия, а значит, и меня, встречал весь иркутский МЧС, ведь он является спасателем международного класса и работает в Сибирском региональном центре МЧС РФ, дислоцированном в Красноярске. Ребята погрузили вещи в машину и доставили нас на базу, расположенную на берегу Байкала. Два дня Коханов занимался подгонкой снаряжения, упаковкой продуктов. Проверял ход лыж на льду. Делал он это с утра до вечера, периодически задавая мне вопрос, не жалко ли мне его. Мне было не жалко. Я все фиксировал на фотопленку, еще не предполагая, что ожидает моего давнего друга Коханова ночами, которые ему придется провести, преодолевая сотни байкальских километров.

Пока Валера готовил себя в неблизкий и нелегкий путь, я сделал открытие: в Байкале водятся креветки. Честное слово. Нас спасатели угостили мороженой рыбой, голомянка называется. Размером с кильку. Ею раньше местные жители собак кормили, пока на берег не ступила нога «нового русского». Кто-то из искушенных любителей морепродуктов попробовал голомянку и обнаружил, что она по вкусу ничуть не отличается от креветок. Подтверждаю, это так. К слову, голомянка — живородящая рыба.

12 марта из Слюдянки приехали телевизионщики, представители мэрии, собрались туристы, местные школьники и радостно проводили нас в путь. За спиной Валерия, кроме рюкзака, на веревочке скользили сани с 50-килограммовым грузом. Я шел с легким рюкзачком (лыжи мне дали иркутские спасатели) и наблюдал, как Коханов вживается в природу Байкала. А красота кругом была ошеломляющая: несмотря на горы, с одной стороны Хамар-Дабан, с другой — Байкальский хребет, простор чувствовался неимоверный. Байкал действительно место особенное. Я ощутил себя словно в сгустке неведомой энергии.

Чтобы ходить пешком по льду, толщина его должна быть не менее семи сантиметров. На лыжных палках, которыми пользуется Валера, штычок как раз такой длины. Это необходимо для безопасности. Там, где из отверстия, пробитого этим штычком, появляется вода, идти нельзя. Под нами была основа не менее 30 сантиметров. Ровные поля перемежались битым смерзшимся льдом, торосами. Там, где снега не было, лед был ошеломляющей прозрачности, впечатление такое, что я ставлю лыжу на воду. Идем молча, и у меня возникает ощущение единения с природой. Я ее частица, такая же, как она. Тебе никто не поможет, поэтому нужно жить в одном ключе с ней. Валера потом со мной поделился, что тоже так мыслит. А может, это я мыслю, как он. Он сказал, что когда идешь совсем один, нужно мысли и чувства привести в порядок. И думать о хорошем, и зло ни на кого не держать, стараться не принести природе вреда, и тогда она тебе поможет.

За пять часов мы прошли 17 километров. Поставили палатку, специально изготовленную для этого перехода фирмой «Рок-Пилларс». Просторная. Когда зажигаешь примус, а их Коханов прихватил два — бензиновый и газовый, в ней становится тепло. Правда, при этом возникает другая опасность — может протаять лед, низвергнув нас в полуторакилометровую бездну Байкала. Шутка. Кружка чая, гречневая каша быстрого приготовления, два кусочка сала, три конфеты и две галеты — таков был наш ужин. Проглотив его, мы постарались уснуть.

А ночью началась... канонада. Трещал лед. Ощущение, словно он трескается со всех сторон сразу и под палаткой тоже. Жутко, особенно если представить, что под тобой глубина 1500 метров. Потом я узнал, что многие рыбаки, которым довелось ночевать впервые на льду Байкала, не выдерживали и уходили на берег. И вот тут мне стало жаль моего друга Коханова, которому предстоит слушать эту канонаду много ночей подряд.

А утром был восхитительный восход. Позвонив в редакцию по спутниковому телефону от КБ «Искра», выпив чаю и сфотографировав Валерия и флаги всех спонсоров этой экспедиции на льду, на палатке, на снаряжении, я пустился со всех ног обратно, домой. А Валера пошел дальше.

И вот я в редакции, а Коханов преодолел уже очередной десяток километров, наверное, пьет чай под байкальскую канонаду и думает о чем-то обязательно хорошем.

Александр Кузнецов

Фото автора

«Красноярский рабочий», 22.03.2002 г.