Попов Ю.

«Свобода»

Страницы истории

Примерно с середины XIX столетия (1851 г.) «Столбы» становятся своеобразным скальным стадионом. А несколько позже, с 80-х годов, они приобретают совершенно иное значение. Сюда часто приходил декабрист Василий Львович Давыдов, полковник Александрийского гусарского полка, участник восстания 1825 года, близкий друг А.С.Пушкина.

Пользуясь изолированным положением «Столбов», их близостью к городу и одновременно труднодоступностью для чинов полиции, красноярские революционеры с конца XIX века начали проводить здесь свои первые собрания и митинги. То на одной, то на другой скале, в местах, куда, казалось, добраться невозможно, все чаще появлялись противоправительственные надписи, призывы, видные издалека.

В 1899 году над карнизом метровой ширины, на отвесной восточной стене «Второго столба», появилось написанное саженными буквами слово «Свобода». Надпись была сделана белой краской и благодаря тому, что находилась на высоте почти пятидесяти метров от подножия утеса, отлично была видна издалека.

Слово написали учитель Иван Денисюк, студенты Владимир Островский и Виктор Белов.

Попытки соскоблить, стереть слово «Свобода» предпринимались жандармами вплоть до поздней осени 1907 года. Именно тогда произошел курьезный случай: большая группа жандармов была покинута проводником в так называемом «Садике» («Второй столб»). Здесь они просидели почти двое суток под непрерывным моросящим дождем. Неистовые вопли голодных горемык привлекли внимание нескольких «столбистов», которые и сняли их.

Вот уже 90 лет «столбисты», ежегодно подновляют это слово, и оно, как дань памяти и уважения подвигу далеких лет, по-прежнему все так же свежо, все так же прекрасно и глубоко чтимо благодарными потомками.

Что же стало с героями? В государственном краевом архиве я нашел некоторые документы. 28 июня 1902 года помощник красноярского уездного исправника Покрассо, направленный начальством на «Столбы» для наблюдения за событиями, составляет протокол (сохранена орфография подлинника):

«...Прибыв сего числа утром на местность так называемую «Столбы», находящуюся в тайге на расстоянии семи верст от деревни Базаиха, для наблюдения, что там будет происходить по случаю какого-то юбилейного праздника - постройки на этой местности избушки, где в избушке нашли только семь человек - Островского, Трегубова, Белова, Малышевского, Бурцева и двух каких-то железнодорожных техников, по фамилии мне не известных, приготовляющих разноцветные фонарики, как мне сказали, для имеющей быть вечером иллюминации по случаю юбилейного праздника постройки избушки и почтить память строителя избушки какого-то Чернышева...

К вечеру стали собираться из города разные мужчины и женщины, к 9 часам подошло около 30 человек молодяжнику из железнодорожных мастерских.. Этого числа, до прибытия публики из железнодорожных мастеровых, днем Островский и Трегубов залазили на верхушку «Столбов»... на которых были вывешены флаги красного ситца с надписью белыми буквами «Свобода»… Около 11 часов ночи были развешены около избушки и по лесу разноцветные фонарики.

На одном из «Столбов» напротив избушки, как после дознано, взошли Трегубов и рабочие железнодорожных мастерских Михаил Соколов, Федор Голубев и Иван Петров, которые пытались зажечь развешенные там фонарики, но по случаю ветра не могли зажечь, а один из них кричал: «Да здравствует свобода!», а другой кричал: «Долой самодержавие! Долой императора!»

Затем на террасе возле избушки под предводительством Островского, пои участии Трегубова, Белова и еще около 15-ти, при бенгальском освещении были произнесены тосты. Первый произнес Островский... «3а здоровье Государя императора», и сам же сказал: «К черту!». На последние слова все окружающие его закричали «Ура!».

Так удалось поднять завесу, долгое время покрывающую историю возникновения надписи «Свобода», личности Владимира Островского. Я делал запросы во многие архивы. Выяснил: происходил Островский из дворян Могилевской губернии, был сыном статского советника. Кроме матери, Островской Ольги Константиновны, имел четырех сестер. Однако с семьей он порвал и «имущественного обеспечения не имел», как сказано в тех же «Сведениях». Учился и жил на свой личный заработок от «занятий публицистикой».

Следствие по делу Владимира Островского продолжалось около восьми месяцев. В связи с тяжелым заболеванием он был из-под стражи освобожден и отдан под гласный надзор полиции Могилевской губернии, где ему было определено постоянное местожительство.

О дальнейших годах жизни В.Островского (о В.Белове и И.Денисюке в архиве я вообще ничего не обнаружил) больше ничего установить не удалось.

Ю.Попов,
краевед

17.05.90 г. № 49

Материал предоставлен Б.Ганцелевич

Author →
Offered →
Попов Ю.
Ганцелевич Б.

Другие записи

Обгоревшие зайцы плачут как дети
На Столбах пожар не пощадил ни леса, ни зверей Без экскурсионных групп, возбужденной детворы и воскресных отдыхающих на Столбах непривычно тихо. Из-за пожаров заповедник закрыт по меньшей мере до начала июня Правда, сизая дымка, тянувшаяся до самого Академгородка, немного развеялась. Да и сами пожары поутихли. К выходным в заповеднике остался лишь один очаг...
Туман над «Столбами»
Об уникальном сибирском заповеднике «Столбы» в краевой и центральной печати опубликовано немало правды и вымысла. Проблема давняя, но особенно она обострилась в последние годы. Судите сами: в 1986 г. «Столбам» было посвящено 16 публикаций, в 1987 — 22, а за пять последних месяцев 1988 г. — около 20 проблемных заметок и статей. Чем же так привлек внимание прессы...
Великолепная шестерка и тренер
В Фанских горах на Памире завершился 37-й чемпионат СССР по альпинизму в классе технических восхождений. Команда России, укомплектованная альпинистами Красноярского края, уверенно завоевала звание чемпионов страны Совершив первопроход на вершину Замок (высота около 5.000 метров), наши земляки набрали наибольшую сумму...
Вестник "Столбист". № 8 (20). Владимир Каратаев
21 августа награжденному орденом Ленина и медалью «За трудовую доблесть», заслуженному мастеру спорта СССР по альпинизму В.А. Каратаеву исполнилось 45 лет Володя рос обычным, беспокойным ребенком. Возможно, он и не стал бы знаменитым, если не случилась бы экскурсия с классом на Столбы. Как говорят старые «столбисты», пацан заразился «столбняком», а болезнь эта неизлечима. Обычная...
Feedback