Крутовская Елена Александровна

Были заповедного леса. Люди и зверушки. Красота в килограммах

(Из моей записной книжки)

— Расскажите нам о ваших милых зверушках.
Что-нибудь самое-самое интересное.
— А если я расскажу вам о вас, дорогие друзья?


Несколько пожилых мужчин. Грубые рабочие робы, сапоги. Из тех, кто меньше всего склонны к слезливым сантиментам, «охам» и «ахам». Долго стоят у загончика косуль, тихо переговариваясь. Подхожу и слышу.

— Как это можно... Таких убивать?

До этих — дошло.

— Чего вы кричите из-за какого-то килограмма мяса? — сказал мне как-то один — не буду называть его фамилии — очень ответственный товарищ, которому я высказала возмущение по поводу загубленного им маленького косуленка (загубленного просто из равнодушия, бесполезно).

Всего-навсего килограмм — рубля полтора-два на деньги... Действительно, из-за чего поднимать шум?

Равнодушие — это болезнь.

Если человек не видит несравненной красоты цветка или птицы, он болен, его надо лечить.

А начинать лечение надо в раннем детстве, пока болезнь еще не стала неизлечимой.

Публикуется по книге
Е.А.Крутовская. Были заповедного леса
Красноярское книжное издательство,1990 г.

Материал предоставил В.И.Хвостенко

Author →
Owner →
Offered →
Collection →
Крутовская Елена Александровна
Хвостенко Валерий Иванович
Хвостенко Валерий Иванович
Е.А.Крутовская. Были заповедного леса

Другие записи

Ветер душ. Глава 23
В школу вернулся чемпионом. А она стала маленькой, она заканчивалась, уходила от нас навсегда. Последняя четверть, дальше — выпускные экзамены. Их перспектива особенно не пугает. Сдадим, куда денемся. Ходят слухи, что сами преподы помогают своим выпускникам. Правят ошибки в сочинениях, решают задачки. Странно, как много я успеваю. Будто...
Ручные дикари. Ясь
Директор вышел из кабинета и запнулся за черепаху, ползшую через порог. На столе завхоза сидел ушастый совёнок и таращил на директора огромные оранжевые глаза. — Это ещё что за зверинец? — Да вот принесли... Просили передать в «Уголок» на «Столбы»... Совёнок испугался, что директор сейчас его съест: распушил перья и защёлкал клювом. Черепаха,...
Столбы. Поэма. Часть 14. Второй
Посвящается Авениру Т. Воскресный день, чуть солнце на восходе, На Первом и Втором, и там и тут, На каждом выторенном ходе Столбисты пестрой змейкою ползут. И в воздухе таежном чистом, чутком, Их раздаются голоса, И эхо уходящею погудкой Разносит их по дремлющим лесам. И Первый и Второй на перекличке, И эхо бродит, бьется о гранит. Столбиста ноги,...
Столбы. Поэма. Часть 6. Баба
Посвящается Митяю Каратанову, в воспоминание 1908 г. Когда поважничать хотелось мне, бывало Я в замыслах подолгу не ходил, Не усумняшися немало Такому случаю я место находил. Оно известно всем столбистам — У Бабы наверху гранитный трон. Залезть — не надо быть эквилибристом, Сидеть в нем можно без корон. Одно лишь важное...
Feedback