Красноярские Столбы
СкалыЛюдиЗаповедникСпортСобытияМатериалыОбщениеEnglish

Полвека в искусстве

Познакомился я с художником Андреем Прокофиевичем Лекаренко, видимо, в 1918 году во время постройки на Столбах избушки Нелидовки. Два неразлучных друга Лекаренко и Вощакин бродили всегда вместе. Вскоре они стали завсегдатаями нашей избушки и вместе бродили по Столбам, лазали, пели, а иногда шли в дальние путешествия на Дикие камни. Поэтому было времени присмотреться к этому начинающему художнику. Лекаренко оказался не только общительным человеком, но и на удивление большим выдумщиком. Его фантазия работала на удивление разносторонне. То он находил всякие названия к лыжным нашим катам, которые по степени их залесения кустарниковыми породами он называл: мордохлестом, если заросли были в рост человека, гачецепом, если они были чуть выше лыж и т.д. Для ножа у него были тоже свои названия: живопырник, межреберник, пузорез и т.д. Шпырями он называл особую стружку ножом сухого дерева для разжигания костра. Тыр в его лексиконе означало особо крутой лаз по столбовским камням с боковыми выступами. Откуда он брал этот лексикон выдуманных названий, которые быстро подхватывались нами и входили в столбовскую разговорную речь?

Но не только названия выдумывал художник, его фантазия населяла Столбы и фантастическими существами. Им были придуманы невидимые духи Щекопузики, которые жили в траве и часто попадали под ногу проходившим ягодницам. У этих существ было всего лишь щека и пузо. Он же надумал и столбовского мужичка, который живет на ягоде, собирая ее в самодельные туесочки и молчит, ничем не выдавая своего присутствия. Хозяина тайги медведя он наделил чрезмерным добродушием и любовно называл его Дядя Пим, потому что след этого зверя походил на катанок, по-сибирски на пим.

Все это художник пытался изобразить в рисунке и обязательно в карандаше, который буквально играл в его руках. Глядя на Лекаренковские карандашные проделки, мы всегда говорили об его игривом карандаше. Он не работал линиями, а сразу штриховал, давая этим обрисовку изображаемого предмета. Ему ничего не стоило быстро, как мы говорили, подъяпонить таким способом какой-нибудь кедр, который он полюбил с первых своих столбовских заходов. Но особенно ему, любившему кострячить, т.е. возиться с его разжиганием, подкладкой дров, поправкой горевшего, особенно нравился дым и он так наспециализировался на этом дыму, что в 75% всех карандашных рисунков у него был изображен этот восходящий дым.

Чтобы отличить рисунки друзей, которых мы раньше не видели, надо было прежде всего посмотреть нет ли там дыма как бубна. Дым - это Лекаренко, а с бубном обязательно Вощакин. Фантастика рисунка была первым этапом художественного творчества Лекаренко. «Война грибов», «В страну Гангури», «Пиета» и многое другое занимало художника, и все это он отражал в своем играющем карандаше.

Появившаяся в Красноярске иллюстрированная книжка с графикой /черное и белое/ быстро пошла по рукам и художественный Красноярск начала двадцатых годов был буквально заражен графикой. Резали кто и на чем. Лекаренко резал на березе свою серию столбовских видов. Отсюда уже недалеко было до клише другого порядка и друзья художника пробуют травленные клише на цинке. С их легкой руки в Красноярске в 192.. году появляются впервые иллюстрации в газете «Красноярский рабочий».

Далее идет увлечение сказкой по Пушкину. Его «Сказка о царе Салтане», также «Садко» - богатый гость Новгородский из русских былин. Теперь уже не далеко и до старины местной сибирской и у художника появляются произведения и этого жанра.

Поездки на красноярский юг и, особенно, на север дали в руки художника богатейший материал своеобразной экзотики края и окончательно увлекли его изображением, как говорится, нашенского, тутошнего, сибирского. Побывав в Восточном Саяне, художник сразу почувствовал прелесть этих задумчивых белогорий и создал серию колоритных реалистически верных произведений. Лекаренко засаянило также сильно как когда-то его затаежило и затундрило. Вглядываясь в великое разнообразие пейзажа, художник в тоже время может даже неожиданно для самого себя почувствовал всю прелесть искания краски и света. Неотвязчивая мысль разобраться в этом громадном сочетании красочности в природе привела художника к натюрмортам. Он без устали пишет большие полотна, посвящая их пышным, цветистым кистям сирени. Теперь художника засиренило. В течение нескольких лет он ведет эти упражнения в разработке сиреневых кистей. Когда его спрашивали, что это ему так понравились эти сирени? Он отвечал, пожимая плечами: «Сам не знаю почему». Видимо, он интуитивно шел здесь к развитию своего незаурядного таланта живописца, а сирень в натюрморте помогала ему выявить наиболее ярко эту сторону его склонности в искусстве.

Да, Лекаренко несомненно большой художник и именно художник-живописец в самом хорошем смысле этого слова. На своем большом художественном пути он прошел многие этапы и в конце концов пришел к тонкому цветовому мастерству, в котором и продолжает совершенствоваться.

XI-65

А.Яворский

ГАКК, ф.2120, оп.1., д.200


    

Полвека в искусстве

Автор: Яворский Александр Леопольдович

Владелец: .Государственный архив Красноярского края

Предоставлено: .Государственный архив Красноярского края

Собрание: А.Л.Яворский. ГАКК

 Избы

Нелидовка(Косогорка)

 Люди

Вощакин

Лекаренко Андрей Прокопьевич

Rambler's Top100 Экстремальный портал VVV.RU

Использование материалов сайта разрешено только при согласии авторов материалов.
Обязательным условием является указание активной ссылки на использованный материал

веб-лаборатория компании MaxSoft 1999-2002 ©