Красноярские Столбы
СкалыЛюдиЗаповедникСпортСобытияМатериалыОбщениеEnglish

Н.Л.Степанов. Красноярские Столбы (из воспоминаний)

III. "Беркутовские затеи"

Восход солнца. Эту красоту нарождающегося дня на фоне подернутых синевой лесистых гор, панорамы раскинувшегося города, опоясанного голубой лентой Енисея - "Беркуты" непременно встречали только на 2-м столбе и обязательно с музыкой, танцами и чаепитием. Поднимались обычно еще затемно, с чайником, наполненным водой и музыкальными инструментами. Дрова находились по пути и на месте.

Подпись: Встреча восхода солнца Беркутами на 2-ом Столбе в июне 1914 года.
Внизу справа: Н.Леушин и Таня Степанова.
Вверху справа налево: Ага Свищева, Зина Шахматова, Ваня Степанов, Наташа Степанова, Лена Леушина, Лена Потехина (Алена) и ниже ее – Валя Яновская и др.
Второй столб , поскольку являлся самым трудным, то не рискуя на него подниматься затемно, большинство встречало восход солнца на 1-м столбе. Как правило "Беркуты" появление солнца встречают торжественным маршем, пением и пляской на манер диких племен. А когда с рассветом на 2-й столб поднимались другие компании, мы уже чинно распивали чаек у догорающего костра. Ухитрялись даже на стоянке делать пельмени, а варить и кушать на 2-м столбе с восходом солнца. После 2-го столба начинался обычный круговой обход всех столбов. Возвращались уставшие, но гордые победами над неприступными скалами. Лазали и по несколько раз в день, а закат солнца провожали всегда в Колоколе.

Наша компания славилась еще и немалым затейничеством. Пение, пляски, музыка, факельные шествия составляли обычное явление. К нам почти всегда к вечеру собирались с соседних стоянок, и веселье начиналось, а затем и шествия с факелами, пением и пляской, длившимися почти до восхода солнца. У нас были свои музыканты, певцы и танцоры, включительно до "балерин". Зачинщиками веселья, всяких шуток и острот были Иван Леушин, Костя Шапир, Сергей Плесовских, В.Яновский и др., а запевалой песен Агния Свищева, обладавшая хорошим сопрано. Пелись тогда революционные песни: "Варшавянка", "Смело товарищи в ногу", "На смерть Чернышевского", "Сижу за решеткой в темнице сырой", "Как дело измены", "Совесть тирана" и др.  (см. прим. А.Л. Яворского). Пелось много народных песен: "Варяг", "Ермак", "Дубинушка", "Бродяга", "Стенька Разин", "Из страны-страны далекой" и др. Хорошо пели старинные русские песни под гитару Миша и Мария Поляковы: "Чесал Ваня кудерки, русые свои волоса". У них были чудесные голоса. Под "Греченьку да зеленешеньку" - "Киска" (Ксения Соколова) неплохо отплясывала "чечетку", исполнителем балерины был Костя Шапир. Там же на стоянке девчата сооружали ему из цветной или газетной бумаги коротенькую гофрированную юбочку, что-либо фантастическое на голову и Костя недурно исполнял пируэты из "Лебединого озера", умирающего лебедя и т.п. В одежде, например, выдумывалось что-либо посмешнее. Джентльмен без рубашки, но при воротничке галстуке и манжетах или рваной в ленточки рубашке, демонстрируемые современной молодежью передались от "Беркутов". Об этом довольно красочно пишет т.Кублицкий в первой главе своей книги "Енисей река сибирская".

Однако справедливости ради следует сказать, что и "Беркуты" многое переняли от старшего поколения столбистов. Лазание, например, по скалам в галошах и использование их для факельных шествий перешли к нам от них. От них же перешел к нам существующий и поныне столбовский клич "тра-ля-ля". Появлялись тогда и другие, наподобие птичьих, но они так и не привились. Нам тоже хотелось иметь свой ".Беркутовский " клич и я предложил близкий к птичьему "Ораля-киу-киу", но и он не подошел и сколько мы не придумывали, лучшего тра-а-ля-ля не нашли и приняли его. А какие у нас создавались шумовые оркестры. Использовалось все, что было под рукой, начиная от мандолины, гитары, балалайки, гармонии и кончая подбором бутылок с водой, котлами и даже железной угольной лопатой, которая ритмическим шорканием о камни отлично заменяла у меня контрабас.

Помнится, путешествуя обычно вокруг скал, оркестр наш набрел на компанию пожилых и видимо прогрессивных по тому времени людей, похоже педагоги, так игра наша доставила им истинное удовольствие. У многих от умиления увлажнялись даже глаза. Много было у нас невинных и остроумных шуток вот над такими сентиментальными столбистами.

После умиления вызывавших у них неподдельный смех, а ино