Красноярские Столбы
СкалыЛюдиЗаповедникСпортСобытияМатериалыОбщениеEnglish

Анатолий Ферапонтов. Восходители

Чо-Ойю, "Милость богов"

Вот и книга уже почти готова, а гималайская тема продолжилась. Еще осенью 1995 года, когда участники экспедиции Эверест-96 отправились на разведку путей подхода, мест предполагаемых базовых лагерей и собственно северо-восточной стены, они могли полюбоваться близко стоящими вершинами Чо-Ойю и Шиша-Пангма. Первые рассуждения были отвлеченными: вот, можно сделать два восьмитысячника за один выезд в Тибет; на вторую вершину после акклиматизации реально взойти и в альпийском стиле, без промежуточных лагерей; иностранцы так уже делали, а альпинисты из стран СНГ пока еще нет; а ведь неплохо бы…

Несколько позже большая группа российских альпинистов отдыхала в Греции. Сидя за дюжиной пива на террасе ресторана в полусотне метров от берега Эгейского моря, Захаров и мастер спорта из Перми Борис Седусов лениво обсуждали перспективу дубля, завершив разговор теми же, столь милыми русскому сердцу словами: неплохо бы…

Уже весной, под Эверестом, Николай Захаров и Сергей Антипин на всякий случай, не имея финансовой перспективы, вели разговоры с китайцами, как бы дешевле сделать осеннюю экспедицию,— к примеру, на поезде, через Пекин? После победы над Горой, в Красноярске, правда, говорить было не о чем, поскольку денег взять было неоткуда; к тому же Захаров лег в больницу на ампутацию обмороженной в Гималаях фаланги пальца.

Велись, однако, междугородные переговоры — с Седусовым, с екатеринбуржцами, которых этой весной постигла неудача на Аннапурне: были желающие, но не было денег. Сегодня Захаров говорит, что даже когда все сроки истекали, он был уверен и сам поражался своей уверенности: все состоится. И впрямь, раздался звонок из Перми, и Седусов, преуспевающий бизнесмен, предложил: поехали, за мой счет — мы с тобой, Валера Першин и Женя Виноградский, который будет врачом команды, из Екатеринбурга, а руководит пусть Володя Башкиров, он москвич, ему и организация в руки. Тут следует заметить, что из стран СНГ доселе частных, за свои кровные деньги, экспедиций еще не бывало. Вдруг сообразили, что, заплатив за право восхождения Китаю, можно вести наверх 19 человек; получалось так, что финансово выгоднее группу увеличить. Связались с друзьями, и к первоначальной пятерке добавились пятеро санктпетербуржцев и грузин Гия Тортладзе. Со снаряжением, радиосвязью проблем не возникало: не прежние, нищие года, теперь у наших восходителей все есть. Пожалуй, из всех гималайских экспедиций, подготовка этой была самой скоропалительной. Шесть дней в Катманду закупали продукты, паковали вещи, но и загодя отъедались: каждый день резали барана, тамошние овощи и фрукты всегда лежали на столе. Заодно и приглядывались друг к другу,— не все были до того знакомы лично.

А 23 августа, помолясь, и двинулись. Дорога в Китай, по которой Захаров с друзьями проезжал уже четырежды, была разрушена летними муссонами, селями и камнепадами. Тяжко пришлось с большим грузом,— где раньше ехали на джипах, теперь пришлось идти пешком. Провели дневку для акклиматизации в китайской деревне, а 30 августа установили базовый лагерь под Чо-Ойю на высоте 5 600.

Поскольку главной задачей был отнюдь не рекорд по типу весеннего, а сами вершины, то и пути выбирали простецкие; что, однако, означает простецкий путь на восьмитысячнике? Даже в отсутствие крутых стен, альпиниста подстерегают другие опасности: непогода, холод, горная болезнь, лавины.

Все в команде понимали это и работали без спешки: ставили промежуточные лагеря, спускались в базовый, отдыхая по нескольку дней, вновь поднимались еще выше и так вплоть до дня штурма. Лагерь 6 400 — три дня отдыха; 7 100 — три дня отдыха и четыре дня после 7 400, классический гималайский стиль.

Отсюда, с северной стороны, был хорошо виден восточный гребень, и тот провал, на котором пять лет назад похоронили Юрия Гребенюка. В прошлый раз гибель врача поставила крест на восхождении красноярской группы, теперь этого не должно было случиться. Но две недели без перерыва валило с неба, на участке от 7 100 до 7 400 приходилось пробиваться в снегу по грудь; тяжелые рюкзаки, разреженный воздух, медленная реакция, заторможенные движения,— вообразите этот дьявольский труд. К тому же постоянная опасность лавин.

Парням нельзя было идти вверх напрямую: приходилось прятаться за сераками в ледопаде; лавина и сошла, по свежим следам команды, но — слава Богу, по следам. Страхом дались парням эти 300 метров по высоте, страхом. Все могло решиться разом, и ни гроша не стоили бы опыт, мастерство, звериная настороженность,— уж Захарову ли этого не знать? — но: хоронились в ледопаде от лавин и потихоньку продвигались наверх. Страх был, сомнений не было. Все наоборот, не так, как месяцами раньше на Эвересте. Там был крутой из крутых, но оптимально безопасный маршрут: шли, не петляя, по линии падения воды.

Спустя ровно месяц после старта из Катманду сборная команда поднялась на вершину Чо-Ойю. У Захарова это была четвертая попытка и лишь второй покоренный восьмитысячник. Можно бы подняться и быстрее, но состав участников был не равен по уровню подготовки, а коли уж решили подняться полным составом, то и шли по возможностям слабейших. Один из питерских альпинистов до этого дважды патался взойти на памирские семитысячники, но высота его не пускала, а тут, поди ж ты, на гимилайский восьмитысячник залез,— вот удивительная настойчивость. А еще — идеально спланированная схема восхождения, череда работы и отдыха.

 


    

Анатолий Ферапонтов. Восходители. Чо-Ойю, Милость богов

Автор: Ферапонтов Анатолий Николаевич

Владелец: Ферапонтов Анатолий Николаевич

Предоставлено: Ферапонтов Анатолий Николаевич

Собрание: Ферапонтов А.Н. Восходители

 Люди

Антипин Сергей Михайлович

Захаров Николай Николаевич

Rambler's Top100 Экстремальный портал VVV.RU

Использование материалов сайта разрешено только при согласии авторов материалов.
Обязательным условием является указание активной ссылки на использованный материал

веб-лаборатория компании MaxSoft 1999-2002 ©